Главная » Сказки Сергея Козлова » Правда мы будем всегда? » ДОВЕРЧИВЫЙ ЕЖИК

С.Козлов - Правда мы будем всегда?

ДОВЕРЧИВЫЙ ЕЖИК



      Два дня сыпал снег, потом растаял, и полил дождь.
      Лес вымок до последней осинки, Лиса — до самого кончика хвоста, а старый Филин три ночи никуда не летал, сидел в своем дупле и огорчался. «Ух!» — вздыхал он.
      И по всему лесу разносилось: «Ух-х-х!..»
      А в доме у Ежика топилась печь, потрескивал в печи огонь, а сам Ежик сидел на полу у печки, помаргивая, глядел на пламя и радовался.
      — Как хорошо! Как тепло! Как удивительно! — шептал он.— У меня есть дом с печкой!
      «Дом с печкой! Дом с печкой! Дом с печкой!» — запел он и, пританцовывая, принес еще дровишек и бросил их в огонь.
      — Ха-ха! — хохотнул Огонь и облизнул дровишки.— Сухие!
      — Еще бы! — сказал Ежик.
      — А много у нас дровишек? — спросил Огонь.
      — На всю зиму хватит!
      — Ха-ха-ха-ха-ха! — захохотал Огонь и принялся так плясать, что Ежик испугался, как бы он не выскочил из печки.
      — Ты не очень! — сказал он Огню.— Выскочишь! — И прикрыл его дверцей.
      — Эй! — крикнул Огонь из-за дверцы.— Ты чего меня запер? Давай поговорим!
      — О чем?
      — О чем хочешь! — сказал Огонь и просунул нос в щелочку.
      — Нет уж, нет уж! — сказал Ежик и стукнул Огонь по носу.
      — Ах, ты дерешься! — взвился Огонь и загудел так, что Ежик снова испугался.
      Некоторое время они молчали.
      Потом Огонь успокоился и жалобно сказал:
      — Послушай, Ежик, я проголодался. Дай мне еще дровишек — у нас же их много.
      — Нет,— сказал Ежик,— не дам. В доме и так тепло.
      — Тогда открой дверцу и дай мне посмотреть на тебя.
      — Я дремлю,— сказал Ежик.— На меня сейчас неинтересно смотреть.
      — Ну, что ты! Я больше всего люблю смотреть на дремлющих ежиков.
      — А почему ты любишь смотреть на дремлющих?
      — Дремлющие ежики так красивы, что на них трудно наглядеться.
      — И если я открою печку, ты будешь смотреть, а я буду дремать?
      — И ты будешь дремать, и я буду дремать, только я еще буду на тебя смотреть.
      — Ты тоже красивый,— сказал Ежик.— Я тоже буду на тебя смотреть.
      — Нет. Лучше ты на меня не смотри,— сказал Огонь,— а я буду на тебя смотреть, и горячо дышать, и гладить тебя теплым дыханием.
      — Хорошо,— сказал Ежик.— Только ты не вылазь из печки. Огонь промолчал.
      Тогда Ежик открыл печную дверцу, прислонился к дровишкам и задремал. Огонь тоже дремал, и только в темноте печи поблескивали его злые глаза.
      — Прости меня, пожалуйста, Ежик,— обратился он к Ежику чуть погодя, — но мне будет совсем хорошо на тебя смотреть, если я буду сыт. Подбрось дровишек.
      Ежику было так сладко у печки, что он подкинул три полешка и снова задремал.




      — У-у-у! — загудел Огонь.— У-у-у! Какой красивый Ежик! Как он дремлет! — и с этими словами спрыгнул на пол и побежал по дому.
      Пополз дым. Ежик закашлялся, открыл глаза и увидел пляшущий по всей комнате Огонь.
      — Горю! — закричал Ежик и кинулся к двери. Но Огонь уже плясал на пороге и не пускал его. Ежик схватил валенок и стал бить Огонь валенком.
      — Полезай в печку, старый обманщик! — кричал Ежик. Но Огонь только хохотал в ответ.
      — Ах так! — крикнул Ежик, разбил окно, выкатился на улицу и сорвал со своего домика крышу.
      Дождь лил вовсю. Капли затопали по полу и стали оттаптывать Огню руки, ноги, бороду, нос.
      «Шлепи-шлеп! Шлепи-шлеп!» — приговаривали капли, а Ежик бил Огонь мокрым валенком и ничего не приговаривал — так он был сердит.
      Когда Огонь, зло шипя, забрался обратно в печку, Ежик накрыл свой домик крышей, заложил дровишками разбитое окно, сел к печке и пригорюнился: в доме было холодно, мокро и пахло гарью.
      — Какой рыжий, лживый старикашка! — сказал Ежик.
      Огонь ничего не ответил. Да и что было говорить Огню, если все, кроме доверчивого Ежика, знают, какой он обманщик.